razbol (razbol) wrote,
razbol
razbol

Categories:

«Почему Чехия?» - 12. — (клочок 1531)

Прага напомнила мне ещё о двух, кроме Гашека и Кафки, известных чешских писателях.

Сначала о Кареле Чапеке. (О 2-м чуть позже.) На площади Мира (Námĕstí Míru) среди достопримечательностей путеводители предложат вам костёл Св. Людмилы (kostel sv. Ludmily) и Виноградский театр, одним из известнейших драматургов которого был как раз Карел Чапек. Не удивительно, что рядом с театром, напротив костёла в скверике, можно увидеть… «памятник» братьям Чапекам — Карелу и Йозефу. 1-й известен юмористическими рассказами и тем, что является автором неологизма — слова «робот». Писатель умер незадолго до прихода в Чехословакию немецких нацистов. Жизнь его брата Йозефа, художника и публициста, оборвалась в гитлеровском концлагере.

Я поставил отточие перед словом «памятник» и взял его в кавычки, т.к. сомневаюсь в правильности определения сооружения, каким пражане решили почтить память братьев. Назвать его скульптурой сложно. Есть такое мудрёное слово «мегалит», т.е. грубые, необработанные плиты и камни, — так вроде бы оно имеет отношение к первобытной культуре. Признать стелой — уж как-то нетрадиционна форма вертикальной массивной каменной плиты. Надгробием не может быть по определению — Карел похоронен в предместьях Праги, а где могила Йозефа, никому не известно. Не нахожу других слов — скажу, что это своеобразный памятный знак, где обе стороны лицевые, а на одной боковой стороне которого имеются даты рождения и смерти Карела и Йозефа.

«Памятник» более чем лаконичен. Оба имени братьев «написаны» отверстиями, которые нанесены сверлом большого диаметра, и внешне они должны напоминать следы от пуль. Доходят с обеих сторон до середины камня, некоторые встречаются и тем самым получаются сквозными. Почему следы от пуль, если Карел умер от воспаления лёгких, а Йозеф умер от тифа в немецком концлагере Берген-Бельзен? Могу только пожать плечами. Так что камень суров и прост, зато миф, заложенный в него, очень даже помпезен. Как говаривала моя тёща, «что скажет история? История как всегда солжёт». В Чехии, мог заметить, это одно из любимейших занятий.

На этом о пражских памятниках литераторам я пока разговор прерву. На очереди композиторы. Памятуя о сказанном, с каким «багажом» я прибыл в Прагу, должен сознаться, что прогулки по городу ткнули меня носом в очевидные лакуны в собранной кучке того, с чего для меня начиналась Чехия. Так около Карлова моста, свернув с Кржижовницкой площади к набережной Сметаны (название подсказало мне 1-е подзабытое знакомое имя), перед домом-музеем Бедржиха Сметаны увидел бронзовый памятник композитору, сидящему спиной к Влтаве. Покопавшись в памяти, вспомнил, чем он отмечен в моей памяти, что о нём доводилось читать, что из его творчества доводилось слышать. Признаюсь, не много: знаю его как автора оперы «Проданная невеста», что был главным дирижёром Национального оперного театра Чехии, что к концу жизни оглох, вроде бы по причине тяжёлого заболевания сифилисом. Болезнь прогрессировала, и всё закончилось в пражской психиатрической больнице, где он и умер.

На слуху у меня был и другой чешский композитор. К бронзовому памятнику Антонину Дворжаку я подошёл на площади Яна Палаха перед знаменитым Рудольфиниумом, дворцом музыки и искусств. Раньше в этом дворце размещалась консерватория, а Дворжак был её директором. Но промурлыкать хоть единую музыкальную строчку обоих композиторов, увы, не смог. Исторический склероз, или старческий — поди разбери.

Далее несколько слов о скульптурной группе, которую мы встретили во дворе здания новой сцены Национального театра. Называется она «Кони». Автор — Михаил Габриэль (Michal Gabriel). Кстати, этому скульптору принадлежит ещё 1 памятник Зигмунду Фрейду. И он, на мой взгляд, куда интереснее того, что висит над Гусовой улицей и создан провокатором Черны.

Я полагал, что смогу увидеть бронзовый «Pomník Sigmunda Freuda» («Памятник Зигмунду Фрейду») в Тройском замке. В Интернете до поездки разглядывал: сидит основатель психоанализа в кресле за столом, на поверхности которого в таком же кресле тот же Фрейд сидит за аналогичным столом (уже уменьшенная копия), а на столешнице 2-го стола опять Фрейд, сидящий в кресле за столом (ещё более уменьшенная копия). Но оказалось, что он там постоял какое-то время, а потом переехал куда-то в другое место.

Нынче не только в Праге существует практика демонстрации скульптур — повременная. К слову, «Висящий человек» Давида Черны прежде, чем зависнуть в Праге, висел в Чикаго и Лондоне. Да и нынешним «Коням» Михаила Габриэля срок гулять у театра оперы отмерен недолгий. Как информирует табличка, быть им тут с 1 июня по 30 сентября, всего 4 месяца. Кто придёт им на смену, не ведаю. А вот его «Всадник», который пребывает в музее на острове Кампа, похоже, там задержится.


Рядом с «Всадником» стоит ужасно милая «Ева». Под стать им рядом расположились эксклюзивные произведения дружной когорты других современных скульпторов. Глядя на подобное творчество, я невольно задаюсь вопросом: понятно, что эти создания не для души. Значит, для ума? Но какого? Не житейского — это точно. Вычурного, изощрённого, заурядного, однобокого, уникального, упёртого, плоско-поверхностного, бестолкового, узкопрофессионального, дилетантского, пытливого? Нет у меня ответа.

У старого пражского замка во дворе Музея игрушек «интриговал» стоящий чёрненький обнажённый мальчик с до блеска натёртым причинным местом. Появился малыш-голыш здесь в годы социалистической Чехословакии. Правда, тогда в здании музея находился Дом пионеров. Поэтому скульптура имела соответствующее название — «Юность». А сам бронзовый мальчуган заботами стойких и правильных коммунистов, строивших баррикады на фронте культуры, чтобы не казаться слишком вызывающим, в ту пору был лишён главного мужского достоинства. И только после победы демократии по воле непосредственно президента Чехословакии была проведена восстановительная операция, в результате которой юноша смог почувствовать себя полноценным. Теперь, судя по блеску, забота о нём от коммунистов перекочевала к озабоченным туристам.

У одного из отелей рядом с Бельведером встретили бронзового швейцара в ливрее модерн. Неразговорчивого. Отсюда и столь характерный жест вынужденного молчать — ведь даже рта не сподобили изобразить — согнутая в локте правая рука и левая рука, лежащая на сгибе первой. Вероятно, гостиница постоянно переполнена и «мест нет»: идите, мол, мимо.
Tags: актуально
Subscribe

  • Страна контрастов? — клочок 1589)

    Так, помнится, говорили в пору моей юности, подразумевая капиталистический Запад. Ныне этих самых контрастов и на Западе не стало меньше, и у нас…

  • Первая «третья охота». — (клочок 1583)

    Так, «Третья охота», Солоухин некогда назвал свою книгу о грибах. На этой неделе Даша взяла на недельку отпуск. И они все…

  • Любопытно… — (клочок 1573)

    Заметил, что среди множества популярных и обсуждаемых женских фигур, формы которых сравнивают с гитарой (Ким Кардашьян, Кайли Дженнер, Софи…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments