razbol (razbol) wrote,
razbol
razbol

Categories:

Шедевры рождаются…-13. — (клочок 1368)

И тут осмелюсь затронуть тему, которая позволяет предположить,

исходя исключительно из имеющихся женских портретов, принадлежащих кисти Карла Брюллова, почему художник, как сказали бы сегодня, так круто запал на неё. Ведь изящная, с фигурой как у китайской фарфоровой статуэтки, Эмилия, ну, никак не соответствовала изначальному представлению Брюллова об идеальной красоте, которое позволяло художнику выразить свои чувства на холсте. Она и впрямь ничуть не была похожа на Юлию Самойлову. Графиня, да, соответствовала, а Тимм…

У нас есть возможность сопоставить их самым наглядным способом. Положим перед собой иллюстрации картин: «Вирсавия», где идеалом была Самойлова, и две более поздние работы: этюд «Спящая Юнона» и незаконченная картина (эскиз) «Спящая Юнона и парка с младенцем Геркулесом (Происхождение Млечного Пути)». Для чистоты сравнения специально выбраны полотна с обнажённой натурой. Обе «Спящие Юноны» — это живописное изображение женщины, легко увидеть, мало похожей на Самойлову (разве что представить графинюшку в юности), но очень похожей… на Эмилию Тимм, какой она представлена «Портретом молодой женщины у фортепиано».

О какой похожести может идти речь, если у портретной Эмилии тонкая талия, воскликните вы. Верно замечено, только учтите умение женщин в те времена утягивать свои талии корсетами. Это трудно даже вообразить, однако, гляньте, какими предстают перед нами на живописных полотнах женщины начала XIX века, — почти у каждой знатной особы, можно подумать, талия была ничуть не хуже, чем у Натальи Николаевны Пушкиной и до родов, и после многочисленных родов, и в совсем молодые годы, и в годы зрелости, когда она стала Ланской. И вообще, женская талия в реальной жизни и на холсте в стиле романтизма — это совсем не одно и то же. Можно даже с Натальей Николаевной не сравнивать. Взгляните на портрет «Графиня Юлия Павловна Самойлова» кисти Брюллова, только Александра Павловича, и талию у нашей героини обнаружите, пусть не такую, как у Гончаровой-Пушкиной Ланской, но «Вирсавия» по-женски позавидует.

Такое впечатление, что к моменту знакомства Карла Брюллова с Эмилией у него произошёл какой-то «сбой» в его представлении об идеальной красоте. Но, обратившись к женским портретам, написанным им несколько ранее (но уже после «Последнего дня Помпеи»): «Портрет великой княжны Марии Николаевны» (1837), «Портрет Авроры Карловны Шернваль-Демидовой» (1837), овальный «Портрет графини О.П. Ферзен» (1838), заметим, что типаж Эмилии Тимм возникает у художника, начиная, примерно с 1837 года.  Между прочим, на портрете «Всадница» Джованнина своим силуэтом тоже вписывается в этот женский ряд.

И даже драма скоропостижного разрыва с молодой женой не отменяет новых художественных симпатий Брюллова. Продолжают появляться портреты, на которых женщины похожи не на Самойлову, а на Тимм: «Портрет У Смирнова», (работа, долгое время фигурировавшая под таким названием, на самом деле является портретом дочери императора Николая I великой княжны Александры Николаевны) (1837—1840), два портрета 1840-года М.А. Бек (одна и с дочерью), «Портрет великой княжны Ольги Николаевны» (1841), овальный «Портрет С.А. Шуваловой (1846) и портрет 1849-го года С.А. Шуваловой (в замужестве Бобринской), овальный «Портрет княгини А.А. Багратион» «1849).

Какой напрашивается вывод? Собственно, их два.
Первый: новый образ приобрёл несколько иные очертания женской фигуры. Брюлловский идеал женщины постройнел, форма лица из округлённой стала более овальной, удлинились ноги, посветлела кожа. Современному читателю будет понятно, если я сравню эти изменения с процессом, произошедшим в женском одиночном фигурном катании, где на смену зрелой женственности (и в фигурах спортсменок, и в характере их движений) пришёл типаж девушки-подростка. Никто не говорит, что он лучше или хуже, он просто другой. Кстати, больше соотносимый с возрастом. Изменилась мода на тип женской красоты.

Связано ли это с переездом художника из солнечной Италии на север, в Россию? сказать не берусь. Могло быть всё куда проще. Брюллов даже как художник был очень восприимчив к тому, что диктовала мода. А для той тип женщины, назовём его условно «самойловским», перешёл в разряд ретро.

Вывод второй, вытекающий из первого: предположение, что Карла Великого сводили с Эмилией очень грамотно, кто-то из своих, художников, кто профессионально заметил, что притягательный для него женский образ претерпел изменение, очень даже возможно.

(Продолжение следует)
Tags: творчество, текущее
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments