razbol (razbol) wrote,
razbol
razbol

Category:

Занятный «разбор».- 1. — (клочок 1278)

Обещал, и три года ждать не стал.

Предлагаю занятно-познавательный «разбор» одной простой фразы, имеющей отношение конкретно к 1829-му году. Итак, отрывок из своей новой книжки:

Появление Самойловой в столице стало там событием и темой разговоров номер один. Ещё не закончили любители посплетничать обгладывать её косточки по поводу самоубийства влюблённого в графиню Эммануила Сен-При, и тут появляется как ни в чём не бывало она сама. Её видят в Павловске у императорского дворца. Сопровождаемая целой свитой красавцев — итальянцев и французов, она при этом словно излучает: «Мне нет дела до мнения света!» Это ж надо так уметь: она не произносит ни слова, но её сочные уста, вздёрнутый нос и выражение глаз красноречивей любых слов.

Именно такой, не замечающей ни холодных кивков, ни намёков, не обращающей внимания на сплетни и презрительные взгляды, брошенные вслед ей, запомнил в тот день Юлию Павловну художник Пётр Соколов.

Это имя, как мне представляется, человека более чем известного, требует, однако, обстоятельного комментария. Как и место в Павловске, про которое сегодняшние авторы пишут запросто («Самойлова появилась на вокзале в Павловске»), повторяя слова П. Соколова без осознания, что нынешний читатель зачастую не понимает значения многих слов, бытовавших в XVIII веке.

Чем интересен нам Пётр Фёдорович Соколов, когда мы говорим о графине Самойловой? Да, его слава портретиста-акварелиста была тогда столь велика, что не иметь его портрета в высшем обществе было признаком не слишком удавшейся жизни. Это во-первых.

Во-вторых, Пётр Фёдорович отличался благородными качествами души, весёлым и открытым характером, был интересным и остроумным собеседником. Из чего можно сделать вывод, что сказанным им словам можно доверять.

А в-третьих, он был женат на Юлии Павловне Брюлловой, сестре знаменитого Карла Брюллова. И так как нам ещё предстоит серьёзный разговор о Карле Великом, то пока отметим, примем к сведению, что Карл Павлович особых симпатий к зятю не питал.

Если вы решили, что меж двумя большими живописцами всё, что рождало споры, имело отношение к творчеству, то должен вас разочаровать. Ничего подобного. Всё было куда проще. Когда Юлия (урожд. Брюллова) в неполные 16 лет выходила замуж за Петра Фёдоровича, её брат Карл Брюллов был изначально против выбора сестры. Сперва он искренне полагал, что Пётр Соколов сделал предложение его сестре, чтобы завладеть её немалым приданым. А потом стал создателя обширной галереи пушкинских современников подозревать в расчёте на выгодное наследство.

И хотя брак с «Жюли», как её называл муж, оказался счастливым, художники ревниво относились друг к другу. Тем не менее меж собой в семье Соколовых жили дружно. И хотя многие полагают, что природа отдыхает на детях, их три сына (Пётр, Павел и Александр) станут художниками, унаследовавшими предпочтение отца портрету и акварели. Все трое позже будут избраны академиками Императорской Академии художеств.

Кроме многочисленных акварелей, прежде всего портретов светских красавиц пушкинской эпохи, были у Петра Соколова и работы с изображением тех, для кого пора молодых светских красавиц давно миновала, впрочем, не избегал он писать и мужские портреты. В этой связи нас не могут не привлечь три портрета.

Один — портрет графа Николая Александрович Самойлова, мужа графини Юлии Самойловой.

Другой — портрет графини Софьи Александровны Бобринской (урожд. графиня Самойлова), которая по линии отца приходилась внучатой племянницей Потёмкину (была внучкой его старшей сестры Марии) и двоюродной племянницей барышень Энгельгардт.

Третий — портрет графа В.Г. Строганова, датируемый кем-то 1823-м годом, кем-то — 1828-м годом, кем-то — началом 1830-х годов. Какое отношение имеет он к теме нашего разговора? Хотел бы и я это знать. Потому что найден будет акварельный портрет в альбоме графини Юлии Самойловой.

Получается, что саму Юлию Павловну, бравшийся рисовать всех красавиц художник запечатлеть не сподобился. Зато штаб-ротмистра, младшего из братьев Строгановых, в парадном мундире Кавалергардского полка изобразил, надо полагать, по заказу, как иначе, Юлии Павловны. Хотя, кто знает, может было так, что портрет себя любимого заказал художнику красавчик Валентин Григорьевич и преподнёс его на память Самойловой. А та акварельный портрет вклеила в свой альбом. То ли из уважения к художнику: как-никак художественное чутьё позволило увидеть свежесть, лёгкость и точность исполнения, свободу и разнообразие акварельного мазка, природное чувство меры. То ли из симпатии к миловидному кавалергарду.

Факт остаётся фактом, Пётр Соколов, не рисуя саму графиню, рисовал как бы её персонифицированную «историю». Не думаю, что такой выбор «натуры» был по вкусу Карлу Брюллову, предпочитавшему писать портреты самой красавицы. Но об этом позже.

(Продолжение следует)
Tags: творчество
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments