?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Надеюсь, что меня ещё не забыли.

Закончил писать ещё одну пушкинскую главу. Полагаю, понадобятся ещё две, финальные, главы. Но из их содержания суммарно уже почти объём одной главы давно написан. Потребуется расставить акценты на событиях вокруг дуэли и подвести итоги. Так что можно сказать, что забрезжил свет в конце туннеля. Заметил, чем ближе к финалу, тем больше встаёт вопросов. Только успеваю их записывать. Хочу предложить кусочек из завершённой главы


Чем объяснить тягу Пушкина к смерти накануне дуэли с Дантесом? Ухудшилось ли состояние здоровья настолько, что продиктовало смертельные, по настоянию Пушкина, условия дуэли — иного выхода для себя он уже не видел?

Не скрою: на этот, как и на многие другие вопросы, связанные со смертью Пушкина, мы никогда не получим ответа. Гипотеза, что трагическая дуэль была тщательно продуманным и замаскированным самоубийством, сегодня принимается далеко не всеми. Но и отрешиться от неё, выкинуть на свалку, забыть — неразумно, глупо. Остаётся лишь предполагать. Причём и отрицание, и согласие здесь равно возможны.

Не исключено, что вариант дуэли как спасительного выхода Пушкиным рассматривался, когда он перебирал возможные пути, позволяющие ему выбраться из создавшегося положения. Потому что государь, не отпуская его в отставку, службой держал при дворе. Потому что дуэль не обязательно кончается смертельным исходом. Чем не решение проблемы — получить наказание за дуэль, а наказанием за дуэль стандартно служила смертная казнь, отменяемая государем, после чего дуэлянту давали отставку и отправляли в ссылку в родовое имение — значит, в Михайловское. Какое счастье! Там он будет свободен в смысле своего творчества, ему не придётся писать культовой истории Петра, у него появится возможность писать всё что угодно, вплоть до истории Петра такой, какую он видит сам, другую историю Петра. Там не будет таких трат, какими он отягощён царской милостью пребывания при дворе, и начнёт не тратить, а понемногу отдавать долги.

К теме финала жизни Пушкина исследователи подходили постоянно и с разных сторон. Дуэльный вариант был рассмотрен Н.Я. Эйдельманом, который не прошёл мимо страшной нервической разгорячённости, владевшей поэтом и толкавшей его на необъяснимые действия в 1836 году. Тогда он настойчиво шёл на столкновения с людьми. Шесть раз за год Пушкин щекотал нервы игрой со смертью. Только в феврале не без труда удалось предотвратить поединки Пушкина с чиновником по особым поручениям в Министерстве иностранных дел С.С. Хлюстиным, с князем Н.Г. Репниным-Волконским, старшим братом декабриста князя Сергея Волконского, внуком по матери фельдмаршала князя Н.В. Репнина, и с прозаиком, поэтом графом В.А. Соллогубом. Поводы, по которым он посылал свои вызовы, были столь легковесны, что их можно назвать надуманными.

«Если бы одна из трёх несостоявшихся дуэлей всё же произошла, — резонно рассуждал Эйдельман, — какие бы это имело последствия? Даже при исходе, благоприятном для обоих участников (разошлись, обменявшись выстрелами), эпизод невозможно было бы скрыть от властей; по всей видимости, Пушкина <...> ожидало бы наказание, например, ссылка в деревню. Таким образом, судьба сама бы распорядилась: в любом случае прежней придворной жизни пришёл бы конец…».

Ставил ли Пушкин тогда чётко перед собой цель выйти на поединок и затем получить по суду отставку и ссылку в деревню? Однозначно признать её трудно. Даже если ответ будет «нет», подсознательно он всё-таки понимал: дуэль — какой-никакой, но выход, не самый лучший, но способный так или иначе разрубить образовавшиеся жизненные узлы. При этом его мало заботил тот факт, что утрированная чувствительность в вопросах чести в свете и в обществе осуждалась.

Распорядись тогда судьба иначе, и Пушкин избрал бы такой вариант своего поведения и развития событий (а значит, развязка последовала бы зимой 1836 года), то, как справедливо заметил историк и пушкинист В.С. Листов, и с чем нельзя не согласиться, «потом никто, конечно, и не вспомнил бы мелкую подробность того бального сезона — ухаживаний какого-то кавалергарда за светской дамой». Однако, увы, история, как известно, не знает сослагательного наклонения. Избранный Пушкиным путь и последовавшие трагические обстоятельства привели его к последней, состоявшейся, дуэли на Чёрной речке.

Происходящее с Пушкиным и вокруг него в 1836 году, случись нечто подобное сегодня, определили бы сценами в модном жанре экшен. Разве что мордобои имели словесный характер, стремительные стрелялки-убегалки-догонялки происходили в антураже начала XIX века, сексапильные красотки соответствовали костюмному фильму с героинями в модных нарядах в стиле той же эпохи, характер движений персонажей был поставлен по канонам сложной и изящной хореографии, характерной для пушкинского времени. Но термин «экшен» появился-оформился в 70-х годах ХХ столетия. Тогда как всплеск энергии, точно магнит, затянувший поэта в водоворот трагедии, случился веком ранее. И хочется разобраться в деталях происшедшего, присущих не нашему времени, а ушедшему в историю.

И начать возвращение в те дни хочется с вопроса: с какого дня и часа для Пушкина начался обратный отсчёт времени его жизни?

С момента, когда, покинув кабинет царя в Кремле, Пушкин оказался втянутым в череду нескончаемых неприятностей? Они то грозно разрастались, то затухали, но, увы, не прекращались до самой его смерти. Хотя, казалось бы, не предвещали фатального характера дальнейших событий.

С момента, когда Николай I благоволил разрешить Пушкину сочетаться браком с юной красавицей Натальей Гончаровой? Он тогда и помыслить не мог, чем это для него обернётся.

С момента, когда Поэт почувствовал вдруг навалившееся на него жуткое одиночество: и в личной жизни, и в литературе? А ведь тогда он уже имел несчастие быть публичным человеком. А как заметил сам Пушкин (в записке графу В.А. Соллогубу), «вы знаете, это ещё хуже, чем быть публичной женщиной».

С момента, когда совокупность бесконечных осложнений последних лет до определённого времени ещё как-то позволяла Пушкину оставаться на плаву, под грузом огромного и всё возраставшего денежного долга, который превысил 130 000 рублей, неотвратимо потянула его к трагической гибели? Выплатить такую сумму у Пушкина не было ни малейшей надежды: ни более чем приличное жалованье, ни литературные заработки не позволяли это сделать.

С момента, когда атмосфера унизительных, ненавистных слухов о внимании, которое уделяет Николай I Наталье Николаевне, и о демонстративном ухаживании Дантеса, лишила Пушкина покоя?
С момента, когда стала очевидной невозможность спастись от всего этого отъездом в деревню?

Кто-то увидит во всём этом цепь случайностей, кто-то — совокупность неотвратимых сил, которые толкали поэта к гибели. Классический случай, подтверждающий, что правда, как всегда, у каждого своя.

Споры о причинах, которые привели к роковой дуэли, в известной мере совмещены с желанием понять, кто виноват в смерти Александра Пушкина. На этот счёт существует гораздо больше версий, чем могло бы казаться — слишком неоднозначны все свидетельства, слишком много было слухов и разноречивых рассказов. Очевидцев этой, в общем-то, семейной драмы, приобретшей масштаб национальной трагедии, оказалось предостаточно: начиная от приятелей, друзей, недругов, врачей, заканчивая Бенкендорфом, императором и самой Натальей Николаевной. И это опять тот случай, когда правда у каждого своя.

Винить, что зачастую можно наблюдать, в смерти Пушкина его дуэль с Дантесом, при этом замешивать её на теории заговора — популярном жанре во все времена: тыкать пальцем в сторону масонов, или в сторону «голубых», или объяснять всё некими вечными интригами злокозненного Запада против России, можно. Однако можно ведь сказать и совсем иначе, что «ларчик просто открывался», потому как особой экзотики в происшедшем 27 января 1837 года в Петербурге на Чёрной речке не было.

Безусловно, история гибели великого Поэта настолько запутана, что не всегда удаётся понять, почему и как всё произошло. Однако общую канву событий здравые современники видели и понимали уже тогда.