?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

У прогулок по Страсбургу в рождественско-новогодний отрезок времени особая прелесть.

Город не просто разукрашен, он, во-первых, весь завешен мишками, глядя на которых, начинаешь сомневаться, что символом Эльзаса является аист, а не плюшевый медведь. Во-вторых, пряничные человечки (или рождественские человечки) — они являются символом Рождества в Эльзасе, и их повсеместно ничуть не меньше мишек.













Но иной раз останавливаешься у какой-нибудь витрины и задумываешься: это рождественское или новогоднее оформление?



Cамый живописный район города — исторический квартал «Маленькая Франция». Расположен он в самом центре города, но жил здесь некогда самый обычный люд: рыбаки, мельники и кожевенники. Сегодня на улицах «Маленькой Франции» чередуются дома XVI-го и XVII-го веков, с просторными внутренними дворами, с большими наклонными крышами. Что и как внутри их — не знаю, но мысль, что интересно было бы взглянуть, приходила не раз. Понимаю: там современный комфорт, и стены давно ушедших столетий не мешают современным технологиям полностью изменить начинку домов, но увидеть этот контраст желание возникало.

«Дом кожевников» (Maison des Tanneurs)










У меня нет ни малейших сомнений в том, что многие знают, почему этот маленький оазис в самом центре города носит такое название. Сам я узнал недавно, когда готовился к поездке. И у меня возник только один вопрос: почему французы не сочли нужным переименовать квартал, отказаться от названия, данного кварталу в те времена, когда Страсбург был германским? История историей и толерантность толерантностью, но всё же… Носить такое клеймо — или всё «божья роса»?

По внешнему виду очевидным контрастом кварталу «Маленькая Франция» является так называемый Европейский квартал (Quartier Européen), где торжествует архитектура совершенно иного, техногенного типа. Ансамбль сооружений, рождённых футуристической мыслью — Совета Европы, Европейского парламента, Европейского суда, — является апофеозом фантастического будущего. Так как он расположился на берегу реки Иль, может возникнуть ощущение, что квартал плавает в чаше с водой. Вода повторяется в обтекаемых конструкциях зданий, образно возникает в прозрачных фасадах, выполненных из стекла, металла и стали. Я думаю, именно так сказал бы о Европейском квартале Кюхельбекер, доживи он до нынешних дней. Во всяком случае, стилистически я попытался высказаться «кюхельбекерно».


Здесь проходит парламентская ассамблея Совета Европы



Своей формой внушительная башня Европарламента может удивить, заинтриговать и даже послужить основой для мифотворчества. «Знающие» люди говорят, что напоминающее шпульку швейной машинки здание специально спланировано с как бы «недостроенной» восточной частью. Мол, конструкция намекает на планируемое расширение Евросоюза в сторону Восточной Европы. То есть уже сам проект исходил из далеко идущих планов Западной Европы. Однако на сей счёт скептики и циники заявляют о ещё более отдалённых последствиях. С их точки зрения, вполне можно сказать, что в архитектуре башни заложено пророчество о грядущем распаде Евросоюза. Кто в итоге окажется прав, рассудит время. Поживём — увидим.

Но если серьёзно, то прообразом для создания этого архитектурного произведения явилась известная картина Питера Брейгеля Старшего «Вавилонская башня». И тут уж никак не обойтись без упоминания о легенде, по которой башню не смогли достроить из-за того, что строители начали разговаривать на разных языках. Так что куда ни кинь — всюду клин!

Без всяких контрастов и сопоставлений в Страсбурге можно увидеть немало красивых зданий и интерьеров разных стилей. Среди запомнившихся отмечу два «домика»: Школа декоративного искусства — в стиле модерн и внушительная историческая общественная баня (купальня) — неороманского стиля. Не знаю, похожа ли страсбургская банька на московские «Сандуны», но, идя мимо неё в промозглую погоду, так захотелось нырнуть внутрь и похлыстать себя веничком. Но быстро вспомнил, что парной с веником тут нет и быть не может (есть, впрочем, сауна), и стал догонять своих женщин, ушедших вперёд, пока я тут размечтался. С расстройства даже забыл нажать на кнопочку фотоаппарата, чтобы запечатлеть историческое здание. (так что здесь воспользуюсь фото из Интернета.




Мечтать, конечно, не вредно, но страсбургская купальня построена была в 1904—1908 годы. Это ж надо, строить баню четыре года! Может, дело в том, что в ту эпоху далеко не все квартиры и дома Страсбурга были оборудованы обычным водопроводом. Что же касается ванн, то даже в 1914 году они ещё оставались роскошью, доступной только для буржуазии. Хотя даже с точки зрения решения гигиенических задач и удовлетворения потребностей большой части городского населения, можно было поторопиться со строительством муниципальных купален с банями, бассейнами и ваннами. А ещё считается, что русские долго запрягают.

Самое занятное, что сооружённая в начале века баня была по нынешним меркам никуда не годной: в ней, можете себе представить, имелось два бассейна. Один, побольше, изначально предназначался для мужчин. Другой, малый — для женщин. Сейчас в купальнях бывают как смешанные, так и чисто мужские/женские дни, но дифференциация бассейнов по половому признаку больше не проводится. Вообще-то чисто мужские/женские дни тоже надо давно признать анахронизмом.

То ли дело Канада, там уже национальный гимн переписали, чтобы сделать его гендерно нейтральным. Прогрессивные канадцы слова о патриотической любви «твоих сыновей» заменили на «всех нас» («all thy sons» на «all of us»). Французы же плетутся как всегда в хвосте великих нововедений. А ведь их гимн «Марсельеза» по нынешним мультикультурным меркам — верх неприличия. Он ведь даже начинается со слов: «Вперёд сыны отечества…»


(Продолжение следует)