?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

На северной стороне площади, на которой стоит кафедральный собор

(о ней порой можно услышать, мол, она принадлежит к числу самых красивых городских площадей Европы, но я не спешил бы всерьёз воспринимать эти слова), стоит знаменитый фахверковый Дом Каммерцеля. Построенный в XV веке, он имеет богатый резной фасад, украшен резной скульптурой и искусно расписан внутри. Особую прелесть придают ему рядs окон (их 75 на трёх этажах относительно не крупного здания). Его называют самым красивым фахверковым зданием в мире. И тут я ручаться не стану, но подтвердить, что здание и впрямь красиво, могу. Одно несомненно: это одно из хорошо сохранившихся позднеготических светских зданий средневековья на территории бывшей Священной Римской империи, фахверковый дом эпохи немецкого ренессанса.





С конца XIX века в доме Каммерцеля обосновался ресторан с симпатичным интерьером (фрески, созданные в 1904—1905 годах). В ресторане можно попробовать традиционную эльзасскую кухню, снять пробу которой мы и отправились после спуска с высот Страсбургского собора. Усталость требовала дать отдых ногам. Я намеревался заодно походить пофотографировать, но мои женщины воспротивились, мол, неприлично. Поэтому на сей раз пришлось ограничиться снимками первого этажа, где мы вкушали эту самую традиционную эльзасскую кухню.









Франция, конечно, страна багетов и круассанов, но Эльзас, напомню, французский лишь наполовину. И кухня его тоже наполовину немецкая. Как настоящий турист, я заказал шукрут. Это эльзасское блюдо в виде тушёной кислой капусты, вареной картошки, колбасок и грудинки. В ресторане дома Каммерцеля можно было заказать шукрут из 8-ми и 10-ти видов мясных продуктов. Я решил ограничиться восемью.



Если уж зашёл разговор о соборах, то стоит упомянуть неоготическую церковь Св. Павла (Église Saint-Paul de Strasbourg) с её двумя 76-метровыми башнями. Она стоит на небольшом островке в месте пересечения рек Иль и Ааре. Здание церкви довольно молодое. В самом конце XIX века её построили «в рамках градостроительного плана по благоустройству города». Получается — больше для красоты. Изначально храм предназначался для протестантского немецкого гарнизона, расквартированного в Страсбурге в годы, когда Эльзас находился под властью немцев. Сейчас это приходская церковь реформаторской общины Эльзаса и Лотарингии. И если фотографировать Страсбургский кафедральный собор при его высоте достаточно проблематично, даже принимая во внимание соборную площадь. То речная гладь и Королевский мост (Pont Royal) позволяют делать снимки церкви Св. Павла открыточного вида.





Так как месторасположение нашей гостиницы было недалеко от новой синагоги, мы не могли её не заметить (бросилась в глаза интересная решётка на фасаде синагоги) в первый же день нашего пребывания в городе. Её ещё называют Большой синагогой мира и центральной синагогой Страсбурга (Synagogue de la Paix) и считают второй по величине в Европе, после будапештской.



Тихий жилой район у авеню Вогезов, который примыкает к обширному парку Контад, что рядом с синагогой, без особой натяжки можно назвать еврейским районом. И хотя традиционно говорят о французской и немецкой составляющих двуликого города, справедливости ради нужно сказать, что за многочисленное еврейское население Страсбург получил прозвище «французский Иерусалим».

Впрочем, если углубиться в историю, эльзассцы были весьма предприимчивы во всём, что касается антиеврейских символических жестов. Их и сегодня можно легко найти, приглядевшись к деталям архитектуры в этих местах, о чём любой желающий может узнать из интернета. Но меня это не интересовало — я их не разыскивал. Для меня большим открытием был тот факт, что самый известный деликатес Эльзаса — фуа-гра, — знаменитый паштет из гусиной печени (pâté de foie gras), ставший визитной карточкой французской кухни, был заимствован у евреев Страсбурга. Во всяком случае, они в этом уверены сами и убеждают других.

Справедливости ради можно сказать, что, если говорить о персоналиях, то без Страсбурга тут не обошлось, но история фуа-гра куда длиннее и вряд ли имеет право ограничиться территорией Франции. Деликатес фуа-гра имеет египетские корни. Известна приверженность ещё древних египтян почти 5 тысяч лет назад к лакомству из нежной гусиной печени. Позже её подхватили римляне, которые в свою очередь поделились «вкусняшкой» с французами.


Русская кухня в далёкие времена конца XVIII века, паштетов не знала. Они у нас, как те же сыры Бри, Камамбер и Рокфор, появились из-за границы, если точнее, из Франции. Но если доставка сыра не особо лимитировалась временем, то паштету долгий путь был заказан. Французская голь на выдумки тоже хитра, и в 1782 году нормандский повар Жан-Жозеф Клоз нашёл выход. Он придумал запекать паштет в различных видах теста: слоёном, заварном, сдобном, пресном, рубленом, рассыпчатом и даже дрожжевом. Кстати, за своё изобретение был ему дарован дворянский титул.

Конечно, возникает вопрос: где Нормандия и где Эльзас со своей столицей Страсбургом? Оба региона, конечно, на севере Франции, только один на западе, а другой на востоке. Нормандия, как известно, протянулась вдоль пролива Ла-Манш, который от Эльзаса ну, очень далеко. Тем не менее, в таком виде, запечёном, французский паштет добрался и до России. Чему подтверждением служит послание Александра Сергеевича Пушкина, адресованное члену кружка «Зелёная лампа» — Щербинину Михаилу Андреевичу:


Житьё тому, любезный друг,
Кто страстью глупою не болен,
Кому влюбиться недосуг,
Кто занят всем и всем доволен;
Кто Наденьку, под вечерок,
За тайным ужином ласкает
И жирный страсбургский пирог
Вином душистым запивает…

Строки эти рождены в 1819 году, но позже страсбургский пирог возникнет ещё и в «Евгении Онегине»:

Пред ним roast-beef окровавленный,
И трюфли, роскошь юных лет,
Французской кухни лучший цвет,
И Страсбурга пирог нетленный
Меж сыром лимбургским живым
И ананасом золотым.

Маленькая деталь: страсбургский пирог изначально назывался «немецким пирогом». Тут особых вопросов, думаю, возникнуть не должно. Скорее всего, тогда Страсбург был немецким, а не французским. А вот то, что пирог у Пушкина именуется «нетленным» подтверждает факт, что речь идёт именно о кулинарном изобретении Жан-Жозеф Клоза, которое пирогом-то признать сложно, однако при желании можно. И всё же по сути это никакой не пирог. То, что называют «страсбургским пирогом», в реальности паштет, запечёный в тесто. И для лучшей сохранности продукта после запекания промежуток между тестом и паштетом заливается смальцем, растопленным салом. После чего паштет становился «нетленным» — его можно было долго хранить и транспортировать в ледниках.

И ещё одна особенность, в страсбургском пироге фуа-гра (первоначально приготовляемая из гусиной печени, когда гусь откармливался орехами) делалась по рационализаторскому предложению: из гусиной, телячьей печёнки, перемолотой свинины, телятины с добавлением рябчиков с трюфелями. Во времена А.С. Пушкина к страсбургскому пирогу подавали кисло-сладкий соус Кумберлан из яблочного пюре со смородиной, вином (обычно бралась мадера, или на любителя — коньяк, ликёр) и пряностями.


Сегодня существуют как бы два самостоятельных продукта. Фуа-гра в чистом виде,  лишь сверху она покрыта смальцем, продаётся в баночках. А в ресторане и даже в кондитерской вам могут предложить кусочек страсбургского пирога. Соответствует ли его рецептура тому, что мог отведать Александр Сергеевич, сомневаюсь.

Что касается современных россиян, то они известные рационализаторы, и потому я не удивлён появлению у нас «страсбургского пирога» от кулинаров, судя по всему что-то слышавших про таковой. Ими разработаны рецепты двух вариантов «страсбургского пирага» — сладкого. Один — нежный страсбургский пирог с абрикосами и с творогом. Другой — с замороженной чёрной смородиной и с творогом. Как сказал бы по этому поводу классик, «Всё смешалось в доме Облонских».

(Продолжение следует)